270 камер, 40 мечей и рестлеры: как Pearl Abyss снимает движение для Crimson Desert

После некоторых съёмочных дней у Тревора Макьюэна, по его собственному признанию, «уже не те колени». Макьюэн — канадский актёр, живущий в Корее, и именно его тело играет Клиффа, протагониста Crimson Desert. Жалуется он без обиды: участие в проекте он называет ценным опытом. Колени — цена честной работы: значительная часть того, что игрок увидит в финальной игре, записана с живых исполнителей, без процедурных сокращений.

Масштаб соответствующий: около 270 оптических камер, арсенал из сорока с лишним разновидностей мечей и профессиональные рестлеры в актёрском составе. Pearl Abyss построила одну из самых оснащённых студий захвата движения в Азии и выстроила вокруг неё весь производственный конвейер.

Ниже — как этот конвейер устроен: площадка, связка с движком в реальном времени, реквизит, исполнители и боевая система.

Студия, в которой можно упасть с высоты

Основная площадка расположена в новом головном офисе Pearl Abyss — здании «Home One» в Квачхоне, в провинции Кёнгидо. Павильон с высокими потолками позволяет ставить воздушные трюки и работу на тросах без ограничений, а пол застелен амортизирующим sponge-материалом — каскадёрам можно падать в полную силу.

Оптику собрали из двух площадок: около 120 инфракрасных камер в самом «Home One» и ещё примерно 150 — в отдельном арт-центре. Каждая камера имеет разрешение 16 мегапикселей и фиксирует не только крупные суставы, но и движение каждого сегмента пальцев. Одновременно в основной студии могут работать до 12 актёров, в арт-центре — до 24.

Актёр видит своего персонажа прямо на площадке

Ключевое решение Pearl Abyss — связка системы захвата с собственным движком BlackSpace Engine в реальном времени. Актёры не работают «вслепую»: на мониторах они видят, как их движения мгновенно переносятся на игровых персонажей, и могут прямо на площадке корректировать позы, наклон корпуса и направление взгляда.

Руководитель команды режиссуры экшена Чхве Ки Он объясняет:

Степень движения сильно меняется в зависимости от того, смотрим ли мы на действие издалека или вблизи. Исполнители меняют осанку в зависимости от того, какого персонажа они играют и какую одежду видят на себе в зеркале.

Именно поэтому связку с движком сделали real-time: режиссёр и актёр настраивают детали на месте, а не после долгого цикла постобработки.

Реквизит: вес решает

Для каждой категории оружия в студии держат отдельный физический реквизит. Только мечей — более 40 разновидностей, с разной длиной, весом и центром тяжести. Это принципиально: от баланса клинка зависит постановка корпуса актёра, а значит — достоверность итоговой анимации.

Дуэльные сцены снимают с лёгкими копиями мечей из sponge-материала. Там, где нужно передать реальный вес оружия, в ход идут настоящие клинки. Остальное оснащение студии под стать:

• Тросы и высокие потолки — воздушные трюки и падения
• Трёхосные вращающиеся устройства (tuning fork) — имитация вращений в воздухе
• Лестницы и повозки — воссоздание контекста игровых локаций
• Мечи из sponge-материала — безопасные дуэли
• Настоящие клинки — сцены, где нужен реальный вес оружия

От тхэквондо до рестлеров: кто двигается в кадре

Кастинг на mocap-съёмки не ограничивается игровыми актёрами: на площадке работают музыкальные актёры, каскадёры, танцоры и специалисты по акробатике. Для особо техничных движений приглашают внешних профессионалов — мастеров тхэквондо и тэккён, инструкторов крав-маги, скейтбордистов, скалолазов и профессиональных рестлеров. Благодаря рестлерам боевая система получила суплексы, захваты сзади и броски через бедро.

Дошло и до животных: собаку снимали с маркерами вместе с дрессировщиком, а лошадь — на выездной площадке.

Клифф: тело Макьюэна, голос Ньюмана

Канадец Тревор Макьюэн сделал для протагониста сразу две вещи: сыграл его движения как performance capture-актёр и стал референсом для внешности Клиффа. После съёмок некоторых сцен — включая бег в наклоне — его колени «уже не те», но участие в проекте он называет ценным опытом. Голос у Клиффа другой: персонажа озвучивает отдельный актёр, Алек Ньюман.

Живой мир: анимации по профессиям и погоде

Самая масштабная задача — не боёвка, а фон: анимации NPC и поведение толпы. Команда проводила массовые mocap-сессии, группируя движения по профессиям и типам персонажей в отдельные «пакеты анимации». Добавлялись и ситуативные реакции: на дождь персонажи прикрывают голову, на жару и холод реагируют по-разному.

Игровой аниматор Ким Чжон Хван и аниматор катсцен Ан Ён Хван вспоминают, что раньше студия опиралась на классическую keyframe-анимацию. От этого даже базовые движения — ходьба и бег — выходили неестественными, а трудозатраты были огромными. Переход на mocap позволил видеть результат мгновенно и кратно сократил производственный цикл.

У катсцен отдельная сложность: от актёров требуется вообразить локацию, которой на площадке нет. Чтобы дать контекст, в пустом павильоне временно устанавливают лестницы и расставляют реквизит — столы, повозки.

Боевая система, записанная с тела

Боёвка держится на тех же записях: более 40 типов мечей и механика, где результат зависит от позиции, направления и силы удара противника. Захват сзади заканчивается суплексом, сбоку — броском. Герой может использовать деревья как катапульты и подбрасывать врагов в воздух.

Эта вариативность стала возможной именно потому, что анимации не генерируются процедурно: каждая записана с реальных исполнителей — с учётом веса оружия, инерции тела и взаимодействия между персонажами в многолюдных сценах.

Захват движения в Crimson Desert — не вспомогательный инструмент, а центральный производственный процесс: от анимации дыхания NPC до рестлерских бросков. Крупнейшая в Азии студия, 270 камер, real-time связка с движком и специалисты из десятка дисциплин складываются в ту самую «физическую достоверность», которую разработчики называют «реалистичным экшеном» — и которая, по расчётам самих создателей, компенсирует любые слабые места проекта.