Павильон Bavaria Film в Мюнхене. Келлан Лутц в костюме с маркерами бегает, дерётся и карабкается — а вокруг него нет ничего. Ни джунглей, ни лиан, ни обезьян, ни зелёного холста с разметкой. Вся декорация появится позже, за полторы тысячи километров, в Ганновере — и она будет нарисована целиком.
«Тарзан» 2013 года — редкий для Европы случай полнометражного проекта, где motion capture несёт вообще всё: пластику каждого персонажа, мимику, каждый кадр с живым человеком на экране. Ниже — как это было устроено технически и почему честный разбор фильма невозможен без разговора о том, что мокап, увы, не умеет.
- «Тарзан» 2013 — полнометражный анимационный фильм, целиком построенный на motion capture: от пластики до мимики.
- Захват движения шёл в мюнхенской Bavaria Film, анимация и рендер — в Ганновере у Ambient Entertainment.
- Над проектом работали 40 3D-операторов в Мюнхене и около 100 CG-специалистов в Ганновере.
- Бюджет — около 25 млн евро, сборы — 44,1 млн, рейтинг Rotten Tomatoes — 20%. Технология не заменяет сценарий.
Фильм, который построили, а не сняли
В августе 2010 года студия Constantin Film выкупила права на анимационную экранизацию романов Эдгара Райса Берроуза. Постановку возглавил Райнхард Клоосс — и с самого начала проект задумывался не как «мультфильм по мотивам», а как полнометражка, собранная целиком цифровым конвейером: съёмочный этап существует только в виде захвата актёрской игры.
Сюжет при этом сильно переработали. Классическое кораблекрушение заменили падением вертолёта: родители Тарзана гибнут в джунглях, куда прилетели искать метеорит с неисчерпаемым источником энергии. Взрослый Тарзан — Джон Грейсток-младший — противостоит корпорации Greystoke Energies, Джейн здесь защитница природы, а финальный конфликт строится вокруг энергии метеорита и жадности корпоративного злодея Клейтона. Берроуз остался только каркасом — сверху надстроили sci-fi и экологическую драму.
Производство разложили на две площадки. Захват движения снимали в мюнхенских павильонах Bavaria Film, всю остальную работу — анимацию, окружение, рендер — вела студия Ambient Entertainment из Ганновера. Чтобы связать города и выдержать объёмы данных, команде пришлось собрать новый пайплайн с нуля: он позволял одновременно работать сорока 3D-операторам в Мюнхене и примерно сотне CG-специалистов в Ганновере.
Мюнхен захватывает, Ганновер считает
Техническая схема «Тарзана» — чистый performance capture. Инфракрасные камеры фиксировали движение актёров в костюмах с маркерами, включая пластику и мимику, а полученные кривые потом конвертировались в анимацию цифровых персонажей.
Физика истории предъявляла к захвату жёсткие требования. Тарзан почти не ходит — он летает по кронам, срывается с веток, дерётся на весу. Люди с такой подготовкой не живут в актёрской профессии по умолчанию, поэтому на площадку вместе с актёрами приглашали каскадёров и паркурщиков: их трюки оцифровывали и переложивали на главного героя. Получился гибрид — голос и лицо от актёра, экстремальная пластика от профессиональных постановщиков движения.
Важный нюанс: захват — это не только съёмочный день. Кривые нужно почистить, сопоставить с ригами, пересобрать в сцены, отрендерить джунгли, животных и воду. Именно поэтому производственный разрез «Мюнхен — Ганновер» работал как конвейер: пока одна площадка ставила и снимала движение, вторая превращала данные в кадры. Музыку написал Дэвид Ньюмен — большая оркестровая партитура, которая должна была держать приключенческий масштаб.
Келлан Лутц в костюме с маркерами
Тарзана озвучил и сыграл Келлан Лутц — тогда свежий из «Сумерек». Его игру снимали в мокап-костюме: пластика, бег, драки и лицевой захват шли с одного дубля, куда получится. Джейн досталась Спенсер Лок, Клейтона озвучил Тревор Сент-Джон, родителей — Марк Деклин и Джейми Рэй Ньюман.
Закулисные съёмки показывают эту механику лучше любых описаний — Лутц в костюме, площадка без декораций, камеры по периметру:
Почему мокап не вытащил фильм
Фильм собрал в мировом прокате 44,1 млн евро при бюджете около 25 млн — прокатно не катастрофа, но и не история успеха. Хуже оказались оценки: 20% на Rotten Tomatoes и упрёки, которые стоит разобрать отдельно, потому что все они — про цену компромиссов performance capture.
Реалистичная пластика поверх стилизованных лиц — самая рискованная комбинация в мокап-анимации. Критики стабильно описывали персонажей «Тарзана» словами «манекены» и «мёртвые глаза»: тело двигается как человек, а лицо читается как маска. Захват мимики фиксирует мышцы, но не гарантирует, что зритель поверит эмоции.
Настоящая актёрская пластика вместо ручной анимации: прыжки по ветвям и драки ставят каскадёры, физика движения живая, конвейер между двумя студиями ускоряет производство.
Движение действительно живое — но стилизованные лица поверх захваченного тела дают «манекенов», сценарий с метеоритом ругают за вторичность и сравнивают с «Аватаром», а джунгли хвалят реже, чем ругают героев.
Честный вывод из «Тарзана» такой: motion capture переносит движение, но не переносит режиссуру. Он делает физику достоверной, но бессилен там, где решают сценарий, дизайн персонажей и монтаж. Современный пересказ Берроуза, стилистика лиц и драматургия провалились по своим статьям, и никакой конвейер из двух городов это не исправил.
Что это оставило индустрии
Для 2013 года «Тарзан» — редкий европейский опыт полнометражки, полностью прошедшей через performance capture, с собственным пайплайном между Мюнхеном и Ганновером и группой в сто сорок человек на двух площадках. Отрицательный опыт — тоже опыт: он наглядно показал, где проходит граница технологии, и эту границу с тех пор обходят все, кто смешивает стилизованных героев с захваченным движением.
Коротко: берите mocap за пластику и каскадёрскую физику — она того стоит. Но считайте, что сценарий, лицо персонажа и стиль придётся делать руками, как делали всегда. «Тарзан» 2013 года доказал это на собственных 25 миллионах евро.